Независимое информационное агентство «ЦУМАДА.ру» rss tsumada.rutube.ru  rss новости 
Подписка на новости




CAPTCHA Image


Логин@tsumada.ru:
Пароль:


(что это)
Заведите почту на tsumada.ru



Информационный портал «Деловая Махачкала»ALLDAG.ru
maarulal.ru

Архив новостей , персон


Глава I. Краткий очерк истории и социальных отношений саситлинцев


Селение Саситли расположено в высокогорном Дагестане в Цумадинском районе, к юго-западу от районного центра Агвали. Граничит с землями: с северо-востока с колхозом с. Н.Гаквари, с востока - с колхозом им. "Кади Абакарова" с. Эчеди, с запада с отделением лесхоза с. Сильди и с севера с колхозом им. Энгельса с. Кеди.

Сохранившиеся в народе предания и архивные источники говорят о том, что селения Саситли, Кеди, Сильди, Гакко, Митрада, Н.Хваршины, В.Хваршины и Цихалах входили в политический и экономический союз - Ункратль (что значит "четырехземелье" от "ункъ" - четыре, "ракъ" - земля; по числу ущелий союза).1

Территория союза Ункратль расположена на пересечении важнейших путей, издавна связывавших Хунзахское ханство с Грузией и Чечней. Здесь проходил один из важнейших торговых путей из Грузии в Темир-Хан-Шуру и Дербент.

История образования села Саситли (да и всего Ункратля) своими корнями уходит в глубокую древность и неразрывно связана с политической историей Аварии.

Самое раннее письменное упоминание о событиях, произошедших на территории союза Ункратль, относятся к 1570 году, когда произошла битва между аварским войском и тушами-картвелами. 2

Когда примерно было основано село не установлено. Однако, по преданиям, территория селения издавна была обжита человеком.

На северо-востоке от селения, в местности "ХIорихъ" имеются древние захоронения, которые по мнению старожилов являются христианскими. Это мнение может подтверждаться многочисленными изображениями крестов на камнях кладки стен домов и остатками разрушенного средневекового поселения на горе, близ селения, именуемое саситлинцами "ЧIунтараб росо" - "Разрушенное село". Христианские древности, датируемые VIII-ХIII вв., не редкость на территории северо-западного Дагестана и не исключено, что к этому времени относятся и эти археологические объекты в окрестностях с. Саситли.

О происхождении ойконима Саситли (Сасикь) имеются интересные сведения старожилов. По их мнению, Саситли переводится с андийского - "У одной башни", от слова "са" (цо) - один и "си" - башня. Другая народная этимология переводит ойконим "Сасикь" - "У шума (водопада)", который расположен близ селения.

Письменные источники о селении не содержат сведений о ранней истории Саситли и общества Ункратль в целом. Представление о ней приходится составлять на основе легенд, преданий и более поздних архивных документов. Одно из преданий гласит о том, что во время правления Сураката-Хана в Хунзахе, ункратлинцы исповедовали христианство. В его правлении в Аварское княжество вторгся отряд газиев во главе с Абу Муслимом. Хунзахцы не хотели принять ислам и в местности "Ачисал" произошло крупное сражение между ними и арабскими войсками. В сражении пало много воинов с обеих сторон. Правивший Суракат погиб, а его сын Байар бежал в Тушетию и жил в изгнании в верховьях Андийского Койсу. Гази, превратив Хунзах в свою базу, совершали походы на окружающие общинные земли. Ислам среди горцев прививался плохо. Через 24 года, сын Байара, Амир-султан собрал войско из жителей верховьей Андийского Койсу и с помощью своих тайных старожилов в Хунзахе напал на газиев.

Они (газии) были изгнаны, престол вернулся к роду "нуцалов", а горцы отказались от ислама.3 Однако, в последующем нуцал Амир-Султан принял ислам и стал ярым поборником распространения мусульманской веры в Ункратле и в верховьях Андийского Койсу. Все средневековые укрепления христиан, оказавших сопротивление, были разрушены и сожжены отрядом шейха Абу Муслима. Ислам, который поддерживался нуцалами, по-видимому, не господствовал безраздельно в нуцальстве, а сосуществовал с христианством. Но нуцалы усиливают натиск на общины, жившие в бассейне Андийского Койсу. К концу ХV в. владения нуцалов уже достигли ункратлинских и ботлихских земель, включая Салатавию, а на юге и востоке они располагались по берегам Аварского Койсу. Нуцал Андуник, сын Ибрагима, в своем "Завещании" (1485 г.) советует своему наследнику Булач-Нуцалу: "О, мой племянник, возьми-ка ключи Аварии в свои руки: первые - Аликиличилал (в Ункратле), вторые - дженгутаевских владетелей, третьи - гумбетовских владетелей, четвертые - Анди, пятые - Харуссел (чеченское общество Хири), шестые - Бактлук (между Аварией и Гидатлем), седьмые - хучадинцев и Семиземелья (р. Джурмут). Если ты возьмешь эти ключи, то соль, мед, виноград, железо, рыба и остальное все, в чем человек нуждается, - у тебя и в твоем распоряжении. А иначе все от тебя и твоего народа убежит.4 Дальнейшие события показали, что нуцалы стремились неуклонно следовать этой политической линии. Крайней точкой Аварского нуцальства за Андийским Койсу был Мосок (Мусук-Ункратль), где нуцальские войска в марте 1570 года потерпели поражение от объединенных сил цова-тушинцев и кахетинского царя Левана.

В битве погибли брат нуцала Турурав Безумец и сын нуцала Барти. Нуцалы, однако, и после этого продолжали расширять свои владения. До 1570 г. под контроль попали все земли между Андийским Койсу и водоразделом Главного Кавказского хребта от Анди до Дидо. Важным следствием этих событий была исламизация населения на покоренных землях. Походы легендарных газиев Абу Муслима и позднее хунзахцев (мусульман) приводили также к вытеснению и переселению некоторых (не желавших подчиниться) групп населения из мест их первоначального обитания, что приводило к складыванию новых этносоциальных образований: селений, обществ, тухумов.

Данное предположение вроде подтверждает бытующая в селении легенда. В те далекие времена, из-за нехватки воды, два брата из с. Хелекьури отправились вверх по Андийскому Койсу в поиске воды и более хорошего места для поселения. Братья облюбовали для поселения местность, где ныне расположен аул Саситли. С двух сторон протекали речки, местность была естественно защищена от набегов соседей. Они и обосновались на этой земле. Основателями села, старожилы и называют предков тухума "Хелекьурисел". По преданию они с собой принесли медный котел и он переходил по очереди то к саситлинцам, то возвращался к хелетуринцам. Этот тухум в основном занимал квартал "Алхас авал" на территории села. В состав тухума "Хелекьурисел" входят современные фамилии: Гасан-Гусейновы, Алхасовы, Багадуровы ("ЛъарагIасел").

В последующем, как повествует предание, к ним прибыл из с. Терекли Табасаранского района предок рода "Ханасулал" Мацал Газияв. Представители этого тухума занимали территорию села под названием "ЧIагъар гъолилъ бакI", а в состав этого тухума входят члены фамилий Абдуразаковых, Курбановых, Газимагомедовых, Гаруновых.

Вскоре в Саситли стали стекаться переселенцы и беглецы и из других мест. Так, опасаясь кровной мести, из с. Ангьида сюда переселилась семья Шайихилава. Их сначала не пустили в село. Три года они жили в местности "КъебелъулгохI". При жизни сына Щайихилава, Кебед Магомеда, им было разрешено поселиться в ауле за их ремесло и мастерство: они были известными кузнецами. Переселенцам пришлось начинать жизнь с освоения земли, выкорчевывания леса и кустарника, строительства домов. Работа и жизнь их были тяжелыми.

В состав тухума "Ангьал" входят: Саадуевы, Заргаловы, Зургаловы, Амичовы, Магомедовы, Сайидахмедовы, Саитбеговы, Абумуслимовы, Зирайловы, Ахмедовы, Хизриевы, Идрисовы, Магомедовы, Деньгаевы, Курамагомедовы, Суракатовы, Гаджимагомедовы.

Между тем, жителей в Саситле становилось все больше, главным образом, за счет новых и новых переселенцев. Такими были люди рода "ЧIегIерасулал" из с. КIеселиса (Къиялъа в Чечне). Предок рода ЧIегIерасулал занял "Нижний" квартал села. К этому тухуму относятся: Ахмедбековы, Исламбековы, Дибировы, Манаповы, Магомедовы.

По преданию люди тухума "БацIиял" пришли из с. Кеди. Известно имя предка этого рода - ЦихIо. В состав "БацIиял" входят: Изудиновы, Махмудовы, Сайгидсалимовы, Сайгидахмедовы, Гаджиевы, Хабибовы. Также из селения Кеди пришли люди тухума "Дайитилал". Из села Гадири пришел тухум - "Хатиял" (Зайнулабидовы, Хараловы, Патхуллаевы, Ахсабалиевы, Алиасхабовы, Хизбулаевы).5

Эти переселения приводили к расширению осваиваемых саситлинцами земель. Но в последующие годы в ауле разразилась эпидемия холеры и чумы. После этой эпидемии рассказывает старожилы, население аула намного сократилось, и аул Саситли стал терять свои преимущества.

На основе этих исторических преданий можно считать установленным, что жители Саситли, как и других селений Ункратля, являются выходцами из Аварии и других земель. Позднее ункратлинцы платили аварскому хану подати за пользование землей: "... с жителей аула Къиди, Сасикь, Сильди, Гакко, с каждых - 20 овец, находящихся на пастбищной горе,- по одному ягненку с жителей Верхнего и Нижнего Хваршины, Цихалах - 30 овец, с жителей Хушета - один бык, с жителей Митрада - 30 мерок голого ячменя".6 Земли эти, расположенные на границе с Тушетией, были подчинены принявшими ранее мусульманство аварскими ханами с целью обеспечения безопасности своих владений. И там поселился один из членов ханского дома, нуцалчи по имени Аликлыч.

Особый интерес вызывает "Соглашение тиндинцев и калальцев /ункратлинцев, ущельцев/" нач. ХVIII в., где говорится о договоре между ними: "... Местность Саситли будет принадлежать войску тиндинцев, если пресечется/?/ потомство /наследство/ султанов из с. Кеды и с. Саситли; местность же Кеды, Сильди и Гакко будет принадлежать калальцам /ущельцам, ункратлинцам/, также если они /султаны/ пресекутся".7 По этому соглашению" ункратлинцы выделили тиндинцам не местность Саситли, а территорию "Эчеда майдан", где они построили село Эчеда, население которого платило подати.

По преданию, в селении Кеди жили беки. На существование кедибских беков указывает записка из фонда генерала Клюки фон Клюгенау "О некоторых обществах Дагестана", составленная в 1839 г., и "Соглашение тиндинцев и калальцев". В этой записке говорится, что разрушение тушинских селений в 1837 г. было ученено под руководством князей Амир-Хамзы и Малачи, которые были правителями Ункратля. Эти князья получали от трех тушинских селений подать. "Селения Кидиб, Саситли, Сильди, Гакко, - говорится далее, - они считают своей собственностью, т.к. земля им принадлежит, и поэтому они получают с каждого двора в год по одному барану, по сабе пшеницы и по три рабочих дня". 8

Народно-освободительное движение горцев под руководством Шамиля нашло широкий отклик в Ункратле. Оно сыграло немаловажную роль в освобождении ункратлинцев от феодальной зависимости кедибских беков. Насаждая шариат и порядки имамата в "вольных" обществах Дагестана, имам стремился к различного рода ограничениям, демонстрировал силу публичной власти. По его приказу полностью запрещалось употребление спиртных напитков, табака и вменялось обязательным ношение штанов женщинам. Используя сложившуюся обстановку, Шамиль выставил требования: "равенство между мусульманами", "мусульманин не должен платить подати", "освобождение магометан из-под власти неверных" и "газават" ("священная война") против неверных. Лозунг "не признавать власти, кроме начертанной пророком" решительно отвергал возможность установления над "вольными" обществами власти российской администрации и ханско-бекской верхушки аварских правителей. По своей сути идеология мюридизма смогла включить в себя антифеодальные и антиколонизаторские призывы. Ункратлинцы, как и все общества Аварии, восприняли эти лозунги как призыв к борьбе за освобождение от всякого насилия и гнета от кедибских беков. Срочно были сформированы отряды мюридов из всех сел Ункратля. Шамилевский наиб Аличу 9 , возглавляя отряд мюридов, в 1844 году окружил крепость кедибских беков. По преданию старожилов села Саситли, Шамиль потребовал от кедибских беков выдачи имеющегося у них оружия. Старший из беков Арсланбег ответил имаму, что он выдаст требуемое оружие, а Сурхай-Хан отказал.

Тогда из крепости последовал выстрел и был убит мюрид Чупалав. Мюриды бросились в атаку, однако она не увенчалась успехом. Видя, что крепостью невозможно овладеть, мюриды решили обложить ее соломой и поджечь. Защитники крепости были сожжены, но никто не сдался. Спаслись, как утверждают старожилы, две девочки, которые были тайно вывезены из Кеды 10 . Были истреблены все родственники семьи беков и большая часть жителей - их сторонников. Пастбищные горы и пахотные земли, принадлежавшие кедибским бекам, были причислены к байтулману (собственность казны имама). 11 После этого наибом в Ункратль был назначен Хатил Магомед. Его отряд мюридов состоял из 150 конников и 320 пеших. 12 Впоследствии имаму Шамилю на него был сделан донос и возглавляя отряд мюридов Хатил Магомед был убит у с. Кидеро. Обстоятельства смерти Хатил-Магомеда, отчасти напоминают гибель наиба Хаджимурада.

Впоследствии, после пленения Шамиля, потомок кедибских беков Алдамашвили ходатайствовал перед царским правительством о возврате ему имений предков, которые были отобраны имамом в период Кавказской войны.

Официальная справка, составленная по поводу его заявления, гласит: "Фамилия кедибских беков Алдамашвили, выходцы из Аварии, а по другим сказаниям ведут род от грузинских князей Караловых. До 1844 г. кедибские беки не захотели признать над собой власть Шамиля и не пристали к мюридизму. Шамиль, желая наказать беков, окружил в том же году сел. Кеди, истребил всех взрослых членов семей беков и большую часть его жителей; горы и земли, принадлежавшие кедибским бекам, причислил байтульмал (собственность казны имама). После покорения Дагестана земли и пастбища были взяты в казну". 13

С покорением Дагестана было учреждено местное управление, основой которого являлась система наибств, во многом заимствованная у имамата Шамиля. Начало новому административному устройству Дагестана положил специальный проект "Положение об управлении Дагестанской областью и Закатальским округом", утвержденный Главнокомандующим Кавказской армией 5 апреля 1860 года. Согласно этому "Положению" была создана Дагестанская область; она делилась на четыре военных отдела: Северный Дагестан, Южный Дагестан, Верхний Дагестан, Средний Дагестан. А Ункратль приказом по Кавказской армии, от 14 марта 1860 года, был передан из ведения лезгинской линии на левое крыло и причислен к Аргунскому округу. 14 В 1861 году приказом по Кавказской армии Ункратль, Чамалал, Тех-нуцал, Анди и Гумбет были переданы из Терской области во вновь учрежденный Андийский округ. 15 Из этих обществ Ункратль являлся наиболее труднодоступным и в определенной степени изолированным от какого бы то ни было внешнего влияния. На жителей союза Ункратль были наложены подати и повинности. Отправление натуральной повинности, главным образом, выражалось в ремонте дорог и отпуске подвод (дорожная повинность).

Общий план усмирения дагестанских народов был "основан на той главной мысли, что оно возможно только посредством постепенного овладения всеми, или большею частью способов, какие теперь имеют горцы к своему существованию, дабы, стеснив их чрез то в общественном и частном их быте до возможной степени, вынудить их к безусловной покорности, воле правительства. Сообразно с сим, предположения действия имеют целью, с одной стороны, стеснение горцев в их землях, посредством занятия русским поселением удобных к хлебопашеству низменностей, а с другой, пересечение им всех путей к внешним сношениям и к приобретению необходимых им жизненных потребностей иначе как по непосредственным распоряжениям правительства, или с его согласия и дозволения".16

И эту политику на местах выполняла местная администрация - наибы, назначаемые начальником округа, были назначены первые приставы и наибы: в общество Хварши не имеющий чина Талгат-Дза-гала-Швили, в общество Тинда не имеющий чина Курамагомед-Тарола-Швили и в общество Ункратль не имеющий чина Дибир-Иса-Швили. 17 В конце 1860 года наибом Ункратля был назначен житель с, Карата капитан Хаджиялав, бывший казначей имама Шамиля. Здесь возникает вопрос, каким образом Хаджиялав был назначен наибом Ункратль-Чамалинского наибства? Ответ на этот вопрос мы находим в дневниках полковника Руновского, состоявшего приставом при Шамиле во время пребывания его в городе Калуге с 1859 г. по 1862 г.:". . . Слух о присутствии в горах серебра ходил в народе давно, но он распространился с большей силой в то время, когда принесли Шамилю кусок свинцовой руды, и он, заметив в нем присутствие серебра, велел привезти себе несколько вьюков руды, чтобы иметь возможность судить о факте с большею вероятностью. Удостоверившись через выплавки серебра в действительном существовании этого металла, Шамиль тотчас же запретил разрабатывать руду, но не для того, чтобы скрыть ее от русских, а собственно потому, что у горцев не было средств к разработке, ни умения, а главное, чтобы народ не употребил во зло дозволения свободно разрабатывать руду. В устранение всяких недоразумений относительно запрещения разрабатывать руду. Шамиль запретил даже брать оттуда свинец на военные потребности, указав .для этого прежний способ: покупку свинца тайным образом у мирных горцев и у самих русских. Приказания Шамиля исполнялись очень строго, за исключением немногих случаев, когда они нарушались жителями деревень, ближайших к месторождению металла.

Серебросвинцовая руда содержится в одной из гор Ункратля, которую Шамиль называет Хонотль-дагь, а Кази Магомед и мюрид Хаджио (из Карата) зовут ее Кхеды -меер (Къеди меер), по имени деревни Кхеды (Къеди), расположенной с другой ее стороны". 18

Хажиялав Каратинский, упомянутый у Руновского и знавший о наличии серебренного рудника в Ункратле, видимо, во многом благодаря этому обстоятельству, добился назначения наибом в Ункратль.

Возможно, при его содействии правительство намеревалось организовать разработку этого рудника. Вскоре, в январе; 1861 г. в Ункратле начались вооруженные выступления против администрации. Доведенные до отчаяния притеснениями, они решили избавиться от царских укреплений, контролировавших пути сообщения в Ункратле с другими областями (Тушетия, Чечня и др.). Восставшие предприняли несколько удачных вылазок в Кахетию и Западный Дагестан, дошли до сел. Ботлих. 19 24 мая 1861 г. отряд в количестве 50 человек, под предводительством Каракуль-Магомы из с. Нижний Хваршины напал на лагерь трех рот Куринского пехотного полка, бывших в тиндинском лесу на рубке строевого леса. Скрытно подойдя к лагерю, ункратлинцы атаковали его, овладели оружием, убили офицера и 16 нижних чинов, ранили 5 солдат и скрылись. Вслед за этим к восставшим начали переходить жители селений Западного Дагестана. Восстание, по свидетельству начальника Дагестанской области, "грозило принять опасные размеры". 20

Для подавления восставших по распоряжению командующего войсками в Дагестанской области в укрепление Преображенское прибыл генерал-майор Лазарев в сопровождении 800 всадников. Кроме 4 сотен постоянной милиции, было собрано 18 сотен вооруженных жителей при наибах из всех частей Дагестана; за милицией следовали, в виде резерва, дивизион Дагестанского конно-иррегулярного полка и 3 батальона пехоты при 4 орудиях. 21 В течение двух дней отряд шел в Ункратль.

Между тем, Каракуль-Магома, склонивший на свою сторону большую часть жителей Ункратля и Чамалала и принявший присягу в верности от всех аулов, со своими приверженцами - 150 мюридам занял все доступные места, ведущие в Ункратль по левому берегу Андийского Койсу.

Для продвижения в Ункратль оставалась только едва проходимая пешая тропа по вершинам Андийского хребта. Овладев Хребтом, царские войска лишили Каракуль-Магому содействия чеченских отрядов Умы и Атабая. Отряд Умы предпринял попытку воспрепятствовать движению царских войск, но она не принесла успеха.

Появление русского генерала с войсками в таком месте как сел. Гакко, где жители никогда не видели даже ополчений Шамиля, поразило ункратлинцев и чамалальцев, а присутствие в отряде почетных людей Дагестана явно показало им бесперспективность борьбы Каракуль-Магомы. Старшины восставших обществ явились в лагерь с просьбой о пощаде и таким образом, Каракуль-Магома остался без поддержки жителей, на которую он рассчитывал. Однако, Каракуль-Магома с верными ему горцами принял бой, в котором восставшие оказали упорное сопротивление царским войскам. Тогда генерал-майор Лазарев объявил старшинам, что они не должны ждать от него никакой пощады и что все их жилища и имущество будут уничтожены, если они сами не приведут к нему всех мятежников. Эта угроза имела последствием то, что в течении двух дней все сподвижники Каракуль-Магомы (142 человека) были представлены в лагерь, кроме него самого, его зятя Магомеда и еще 8 человек, решившихся не сдаваться. Чтобы захватить их, генерал-майор Лазарев послал 30 милиционеров под начальством наиба Хаджиялава, тилитлинского наиба прапорщика Муртузали (брат Кибит-Магомеда) и Доного Магомеда. Под видом переговоров, последние (посланные) проникли в укрепление и там захватили Каракуль-Магомеда со всеми его восьмью мюридами.

Царские власти жестоко расправились с восставшими. Наиболее активные участники восстания были казнены или арестованы и сосланы в Сибирь.

В начале 1862 года ункратлинцы вновь восстали, но это выступление было жестоко подавлено.22

Подавление восстания Каракуль-Магомы в 1861 г. и выступления 1862 г. лишь на время "умиротворило" ункратлинцев. Искры недовольства в Ункратле продолжали тлеть. В этих условиях малейший повод мог вызвать новую вспышку гнева горцев.

Начальник Дагестанской области приказал наибу Ункратля Хаджиялаву взыскать причитающиеся с общества недоимки и, сверх того, принудить население к уплате по одному рублю с каждого двора. 23 Весть об ожидающихся поборах, как и следовало, вызвала крайнее недовольство жителей Ункратля, которые договорились между собой отказаться от уплаты. Но окружные власти решили принудить жителей Ункратля к уплате налогов во что бы то ни стало. Непосредственным для нового выступления поводом явился один из актов произвола наиба Хаджиялава Каратинского.

Жители селения Сильди Деньга Магомед, Сагид Магомед, Асхабов Гунаш и другие, продав домотканое сукно (сугъара) в Телави, на вырученные деньги купили воловью кожу для подошв обуви. При возвращении они были задержаны в с. Нижний Хваршины наибом Хаджиялавом, который конфисковал у них кожу. Сильдинцы были возмущены. Деньга Магомед и Саид Магомед поклялись, что убьют наиба. Их поддержала молодежь села. Бегавул села Мусал Али, видя, что затевается убийство наиба, отправил ночью гонца с письмом в Н.Хваршины предупредить наиба. Поздно ночью шестеро сильдинцев выехали в Нижний Хваршины, чтобы выполнить свою клятву. Посланца бегавула в Н.Хваршины встретил прапорщик Исал Дибир из с. Саситли. Узнав причину приезда посланника, Исал Дибир потребовал письмо для вручения наибу. Ознакомившись с письмом, прапорщик отправил гонца спать. Под утро приехали Сильдинцы. Они сразу окружили дом, где находился наиб. Выглянув в окно, наиб увидел разъяренную толпу, которая с угрозами и криками брани двинулась в дом. Выстрелами из винтовки он уложил нескольких смельчаков, распахнувших двор. Затем выстрелом из револьвера в упор свалил еще двух. Толпа отхлынула, а Хаджиялав, оттолкнув трупы убитых, запер дверь. Вслед за этим, ожесточенная толпа подожгла дом. Хаджиялав, задыхаясь от дыма, открыл дверь и, перепрыгнув через пламя пожарища, бросился на толпу с обнаженной шашкой. Резкими взмахами лезвия он свалил еще нескольких человек, но сам замертво упал от многочисленных ударов кинжалами. 24 По другой версии, он был убит в хлеву сильдинцами. 25

Убийство наиба царская администрация оценила как выступление против существующих порядков. Для наказания зачинщиков в Сильди прибыл отряд милиции под командованием прапорщика Ахмед-хана. Однако джамаат села не выдал их. Тогда Ахмед-хан решил силой подавить бунт в селе. Произошла стычка, в которой отряд Ахмед-хана был разбит. Воодушевленные сильдинцы в количестве 400 чел. направились в аулы Митрада, Эчеда, Н.Хваршины, В.Хваршины, Цихалах и Хушет. Вскоре после этого на вершинах гор зажгли сигнальные костры. Началось восстание. Имамом был избран хушетский житель Бецалав Магомед. Утвердили совет имама, наибов и вакилов. Во все аулы наибства были тотчас отправлены воззвания. Однако не все села ункратлинского наибства поддержали восстание. Тех, которые не хотели, вынудили силой. Был объявлен газават.

Узнав о восстании в Ункратле, помощник военного начальника Западного Дагестана, подполковник кн. Орбелиани принял энергичные меры против распространения восстания: "Были потребованы в пешую милицию благонадежные жители всех наибств отдела; отправлен отряд милиции в количестве 250 человек, под командованием адъютанта управления ротмистра Алиханова, вверх по Андийскому Койсу для преграждения пути распространителям "беспорядков"; тиндальскому наибу, майору Махмуду приказано с жителями его наибства защищать Хваршинский мост, дабы не дать ункратлинцам вторгнуться в Тиндальское наибство; каратинскому, гумбетовскому, технуцальскому и андийскому наибам с милицией их наибств защищать доступ к аулу Гаквари". 26 Также были даны указания военному начальнику среднего Дагестана немедленно направить конницу в распоряжение конно-иррегулярного полка и взвод горных орудий.

22 октября в Ботлих прибыло 20 батальонов со взводом горных орудий. 27 Был отозван из отпуска военный начальник Западного Дагестана, генерал-майор кн. Чавчавадзе. Было дано предписание о выступлении из Ишкарты 2 батальона 81-го пехотного Апшеронского полка при 2 горных орудиях. Кроме того, было распоряжение об отпуске пороха и свинца для милиции.

22 октября восставшие, овладев селением Хвайны, направились к аулу Саситли. Узнав об этом, технуцальский и каратинский наибы, прибывшие в Гаквари, также направились в Саситли. Но они опаздали. Восставшие заняли аул и окружили дом прапорщика Исал-Дибира. Он, запершись в своем доме с сыновьями, старшиной и семью отрядами милиции, получили предложение от восставших принять участие в газавате. Исал-Дибир на это предложение ответил выстрелом. Завязалась перестрелка, в которой Исал-Дибир и два нукера были ранены.

На военном совете восставшие решили разделиться на два отряда: один направился в аул Кеди, чтобы затем идти на Гаквари и проникнуть в чамалинское общество; другой спустился по саситлинской реке занять дорогу по ущелью Андийского Койсу, ведущую в Ботлих, и тем самым отрезать милиции сообщение с Ботлихом.

Извещенный об этих действиях, ротмистр Алиханов, наступавший вверх по Андийскому Койсу к с. Эчеда с 250 человек постоянной и временной милиции, отступил вниз по Койсу к Цумадинским хуторам. Ночью 22 октября восставшие выбили отряд Алиханова из аула Цумада и направились к аулу Гаквари. На рассвете 23 октября, ротмистр Алиханов получил "достоверные" известия, что ункратлинцы, взяв заложников из Саситли и Цумады, соединили все свои силы, чтобы напасть на его отряд. Он же, выбрав крепкую позицию в Гакваринском ущелье, послал за помощью гонца в Агвали к штабс-капитану Асееву. С двумя самурскими ротами Асеев в час пополудни прибыл к ротмистру Алиханову. Часа через два восставшие появились на небольшой поляне во главе с имамом. За ним развевались пять значков (знамен) наибов. Бой начался к вечеру. Ротмистр Алиханов повел против восставших спешенную милицию и две роты самурцев, оставив временную милицию на позиции. Тиндальская милиция, находившаяся на противоположном берегу Койсу, поддержала огнем Алиханова и Асеева. Не имея четкой организации действий, восставшие под ударом превосходящих сил были вынуждены отступить к селению Цумада.

Военный начальник Западного Дагестана, прибывший в Ботлих 24 октября, дополнил сделанные до него распоряжения:

I) приказано дидоевскому наибу, подпоручику Джабе, с выделенной ему милицией и жителями его наибства двинуться немедленно на границу ункратлинского общества в сел. Сагада, и при первой возможности занять сел. Митрада" (Занятие этого последнего было крайне важно, так как оно лежало в тылу собравшихся в сел. Сильди ункратлинцев, преграждая им единственный удобный путь отступления в с. Нижние Хваршины);

II) "потребовано из хунзахского склада 16 пупов пороха и соответствующее количество свинца для раздачи собранной милиции".

Затем генерал-майор кн. Чавчавадзе отправился в Чамалинское ущелье, чтобы собрать на месте сведения для дальнейших действий. Узнав от своего помощника, что дорога выше села Эчеда разрушена, кн. Чавчавадзе распорядился исправить дорогу.

Оставив 2 роты Самурского полка и 2 сотни технуцальского наибства на занимаемой ими позиции за аулом Агвали, генерал-майор кн. Чавчавадзе приказал наибам - хунзахскому, койсубулинскому, цатанихскому и байлухскому с милицией и жителями двинуться вверх по реке Койсу и занять селение Цумада, остальным наибам с милицией занять сел. Саситли. Под вечер восставшие были вынуждены оставить с. Цумада и укрепились в с. Эчеда.

26 октября кн. Чавчавадзе прибыл в с. Саситли, где были собраны вся милиция и жители с наибами вверенного ему определения, кроме оставленных у Агвали 2 сотен технуцальского наибства и жителей дидоевского наибства, направленных в с.Сагада. Всего было собрано 7000 человек, из которых сформировали 54 сотни. 28

27 октября дидоевский наиб, поручик Джабо, донес, что прибыл на границу своего наибства, занял сел. Сагада и устраивает на реке Андийское Койсу мосты, разрушенные ункратлинцами, чтобы двинуться на сел. Митрада.

Князь Чавчавадзе, получив сообщение о том, что ункратлинцы укрепляют сел. Сильди, направил милицию из 48 сотен вверх по течению р. Койсу на сел. Эчеда, чтобы выбить засевших здесь ункратлинцев. Восставшие с боем оставили сел. Эчеда. Жители села были направлены на восстановление испорченной дороги. Из села Эчеда милиция, разделившись на две колонны, получила приказание двинуться: одна колонна, поднявшись на перевал, спуститься в сел. Сильди с восточной стороны, а другая колонна, сделав обходное движение, подойти к сел. Сильди с южной стороны. Кроме того, 3 сотни были направлены по верхней чамалальской дороге на границу Аргунского округа в сел. Гадири, две другие же двинуты через сел. Кеди на сел. Сильди с северной стороны. Вся милиция, направленная с трех сторон против сел. Сильди, получила приказание прибыть на место к 28 октября.

Имея в виду, что сел. Сильди расположено на скале и занимает естественно укрепленную позицию, кн. Чавчавадзе приказал двинуться к хуторам, расположенным с восточной и южной стороны котловины, где сильдинцы держали скот и запас хлеба. Овладев хуторами, кн. Чавчавадзе лишил ункратлинцев продовольствия. Сильдинцы были вынуждены сдаться на милость победителя. Девять сильдинцев - главных зачинщиков бежали в с. Митрада.

Овладев сел. Сильди, милиции было приказано двинуться на сел. Митрада и Нижний Хваршины. Сделав эти распоряжения и поручив командование ротмистру Алиханову, кн. Чавчавадзе возвратился в Ботлих, чтобы встретить 2 батальона Апшеронского полка с артиллерией и двинуть их при первой возможности в сел. Митрада. По занятии сел. Сильди, конная милиция немедленно двинулась к сел. Митрада, преследуя отступавших. При этом всадники успели захватить часть баранты и несколько семейств.

28 октября в 2 часа пополудни дидойский наиб, поручик Джабо, переправившись через Андийское Койсу с жителями своего наибства, двинулся на сел. Митрада и занял его.

При подъеме на митрадинскую гору, ункратлинцы с 2 значками заняли крепкую позицию в сосновой роще и открыли огонь по наступавшим, чтобы остальным дать возможность угнать скот. Но, узнав о появлении в их тылу поручика Джабо с дидойцами, ункратлинцы были вынуждены бросить свои позиции и отойти к сел. Нижний Хваршины.

Восставшие, преследуемы, с одной стороны, главной колонной милиции, с другой - дидойцами по западному склону митрадинской горы, к вечеру укрепились в сел. Нижний Хваршины.

В этот же день генерал-майор, кн. Чавчавадзе командировал в с. Сильди своего помощника подполковника кн. Орбелиани.

С рассветом, 29 октября, милиция, совершив обходной маневр, выступила в Верхнее Хваршины, оставив Нижний Хваршины для занятия тиндальцам с их наибом майором Махмудом. Жителя В.Хваршины изъявили покорность, выслав депутацию. Заняв аул в 12 часов дня, милиция после небольшого отдыха выступила далее к сел. Хушет.

30 октября генерал-майор кн. Чавчавадзе прибыл в сел. Верхний Хваршины. Узнав о намерении восставших оказать в сел. Хушет упорное сопротивление, кн. Чавчавадзе приказал милиции двинуться на село двумя колоннами: первой, состоящей из гумбетовцев, батлухцев с их наибами, по восточной скалистой дороге, через сосновую рощу, выйти к Койсу и занять все хуторе с восточной стороны, ниже аула; второй - в составе койсубулинцев, цатанихцев и андийцев с их наибами - переправиться через Цихал-Батлухскую высоту по тропе, западнее аула Хушет и занять его.

Сверх того, через с. Гакко на северо-западную сторону с. Хушет были направлены 2 технуцальских сотни, стоявших на гадиринских высотах.

Кроме того, с целью отрезать путь хушетцам в Тушетию, кн. Чавчавадзе еще 28 октября приказал тушинцам занять свою границу.

Князь Чавчавадзе предложил хушетцам капитулировать, заявив, что, в случае непослушания все пахотные земли, принадлежавшие обществу, будут отобраны под строительство оборонительных сооружений.29

30 октября, получив отказ на предложение кн. Чавчавадзе, войска двинулись на штурм аула Хушет. Сначала были захвачены хутора и скот хушетцев. Будучи окружены со всех сторон, ункратлинцы приняли бой. Однако аул был взят. Были схвачены участники восстании, в том числе имам Бецулав-Магомед.

Еще накануне из Хушета сбежали 35 человек с семействами, из них 10 сильдинцев, виновных в убийстве капитана Хаджиялава, к границам Тушетии, а остальные 25 заняли неприступную скалу на берегу Койсу. Узнав об этом, кн. Чавчавадзе немедленно отправил наибов хунзахского, койсубулинского, батлухского, цатанихского для поимки беглецов. Наибы настигли их 31 октября в Тушетии, около деревни Ага-юрт. 200 тушинцев в Ага-юрте атаковали сильдинцев. Восемь оборонявшихся были убиты и 2 с семействами схвачены в плен.

Позиция 25 хушетцев была практически неприступна - на высокой и отвесной скале на берегу Койсу, "в верстах пяти" ниже сел. Хушет. Выбить хушетцев оттуда силой не было возможности и поэтому кн. Чавчавадзе для предотвращения бегства их из этого места принял следующие меры: у селения Хушет был оставлен временно назначенный ункратль-чамалальским наибом подпоручик Инкачилау-Дибир с частями милиции и в их числе: 2 сотни постоянной милиции, 2 временно собранные сотни Западного Дагестана, 3 новоприбывшие сотни чамалинцев и I сотня охотников из всей милиции; сверх того, там же были оставлены на одну неделю хунзахский, андийский и койсубулинский наибы со своими людьми. Вход в теснину с юга был заперт наскоро устроенным укреплением, с севера же - направлены горные охотники селений Цихалах-Батлух, Тинди и Хварши в количестве до 100 человек. Таким образом., беглецы были совершенно окружены и сдачи 25 семейств, скрывшихся в неприступных скалах, оставалось ожидать в самом скором времени, по истощении у них жизненных и боевых припасов.

Хушетские семейства, оборонявшиеся на скале, после сильной перестрелки с милицией, сдались 10 ноября, при этом оказалось, что их было до 60 мужчин и 73 женщины. Затем на скале, несколько выше того места, где 10 ноября произошла перестрелка, осталось еще 15 человек с оружием в руках. 14 ноября 2 сотни постоянной и 6 сотен временной милиции под начальством подпоручика Инкачилау-Дибира, двинулись к позициям оборонявшихся, преградив им доступ к воде, и 15 ноября восставшие были вынуждены сдаться. Восстание продолжалось 28 дней (с 19 октября по 15 ноября).

Кн. Чавчавадзе, согласно данного ему генерал-адъютантом кн. Лорис-Меликовым приказания, принял меры к выселению жителей селений Хушет, обеих Хваршины, Митрада и Сильди с их семействами, в количестве 1321 чел. I ноября они были отправлены с конвоем из жителей Западного Дагестана под начальством гумбетовского наиба полковника Али-Хана, в город Темир-Хан-Шура, оттуда они были выселены в Ставропольский край. Селения их разрушены, за исключением 14 домов в сел. Сильди, принадлежавших прапорщику Ахмед-хану, его брату и родственникам, а также сельскому старшине, которые в самом начале восстания заперлись с семействами в ауле Гакко и всеми возможными для них средствами противодействовали вооруженному выступлению горцев.

После выселения жителей пяти сел Ункратлинского общества, во внутренние губернии России (Ставропольский край), часть жителей, преимущественно женщины, дети и старики, примерно 300 человек, были возвращены по распоряжению царской администрации обратно в Андийский округ, не имея права селиться на прежнем месте. Они вынуждены были переходить из одного села в другое, прося милостыню. Вследствие этого многие общества Ункратль-Чамалинского наибства заявили справедливые жалобы на то, что они лишены возможности прокармливать их, и чтобы как-то облегчить участь возвращенцев обратились с просьбой к военному начальнику в с. Ботлих. В 1875 г. было получено разрешение жителям этих восставших сел за половинный оброк пользоваться пахотными полями казенных земель без права возводить там хозяйственные постройки. 30

Впоследствии ункратлинцы неоднократно обращались в сословно-поземельную комиссию с просьбой о возврате им отобранных пастбищных гор: Индух, Игадах, Апарала. Однако канцелярия наместника на Кавказе решила отдать их в арендное содержание казенных пастбищ, отказав потомкам беков из обществ Гакко и Кеди. 31

Причину отказа мы находим в уже выше приводимой выдержке из дневника полковника Руновского: "... Слух о присутствии в горах серебра ходил в народе давно, но он распространился с большей силой в то время, когда принесли Шамилю кусок свинцовой руды... Серебросвинцовая руда содержится в одной из гор Ункратля, которую Шамиль называет Хонотлъ-даг, а Кади-Магомед и мюрид Хаджио (из Карата) зовут ее Кхеды меер (Къеди меер), по имени деревни Кхеды (Къеди), расположенной с другой ее стороны".32 Таким образом, во-первых, зная о содержании серебросвинцовой руды в этих пастбищных горах, царское правительство отказало обществам их вернуть; во-вторых, имея в руках пастбищные горы, царское правительство держало общества в повиновении; в-третьих, арендуя эти горы казна получала немалый доход: по квитанциям о внесении арендной платы числится с общества Карата за оборочную ст. "Игадах" 190 руб. 14 коп.; с общества селений Кеди и Сильди за оборочную ст. "Индух" - 380 руб. 26 коп.; с общества Гакко за оборочную ст. "Анарата" - 41 руб. 70 коп. 33

Таким образом, пастбищные горы - Игадах, Индух, Апарата не находились в исключительном пользовании аулов Ункратля, а арендовались ими. Эти пастбищные горы принадлежали кедибским бекам, потом байтулману (казне Шамиля), а впоследствии - царской казне.

После подавления трех восстаний (1861, 1862 и 1871 годов) Ункратль был полностью покорен. Андийский округ, куда был включен Ункратль, составлял северо-западную часть Дагестанской области и граничил: с.северо-запада с Терской областью, с запада и юга - с Тифлисской губернией, с юго-востока с Аварским, Гунибскимокругами и с востока Темир-Хан-Шуринским округом. Площадь Андийского округа между означенными границами равнялся 3152,42 кв. верстам. 34 В округе проживали: аварцы, каратинцы, андийцы, ахвахцы, годоберинцы, чамалалы, богулалы, тиндинцы, хваршины, дидойцы. Местопребывание начальника округа было в сел. Ботлих: назначался он начальником Дагестанской области и являлся русским офицером в чине полковника. Он в свою очередь назначал начальников участков - наибств: I. Андийское (наибский стан в сел. Анди). Сами себя андийцы называют Куаниал. 2. Гумбетовское (наибский стан в сел. Мехельта). Сами себя называют бакълъулал, т.е. "лицом к солнцу". 3. Дидойское (наибский стан в сел. Кидеро). Сами себя называют цеза, грузины - Дидо; аварцы - цIунтIал. 4. Каратинское (наибский стан в сел. Карата). Сами себя называют Кирды. Багулалы сами себя называют Ганитлял. 5. Технуцальское (наибский стан с. Ботлих). Сами себя называют тIехIнуцалал (тех-"парша на голове"; нуцалал - титул аварских ханов), состояло из переселенцев разных мест. 6. Тиндальское (наибский стан в с. Тинди). Сами себя называют Идери, а грузины - Богоз. 7. Ункратль - Чамалальское (наибский стан в сел. Гаквари). Сами себя чамалинцы называют чIама-мча ("сушенная курага"). Известны имена наибов Ункратль - Чамалинского участка: поручик Идрис Магомаев, Дибир-Иса-Швили, Хаджиялав из Карата, Исал-Дибир оглы. 35

Понимая, что скорое введение законов Российской империи в Дагестане после Кавказской войны, не дает желаемых результатов, царское правительство решило приспособить существующие традиционные формы общественно-государственного устройства я своим целям и порядкам.

Упомянутое "Положение" от 5 апреля 1860 г. и последующие инструкции создали новую систему судоустройства. Был создан дагестанский областной суд, где разбирались дела по общим законам России. Председателем областного суда являлся помощник начальника области. Наряду с областным судом был создан дагестанский "народный" суд, а также окружные суды, где судебные дела между местным населением решались на основе адатов и шариата. В окружных судах, кроме председателей из русских офицеров, заседали кадии и по одному члену от каждого наибства из местной аристократии. В окружных судах дела разбирались на родных языках, а решения записывались на русском языке. Разбор дела происходил гласно. Недовольные могли принести жалобы на решения окружных судов в дагестанский "народный" суд.

Саситлинский сельский суд состоял из трех членов, избираемых сходом на год. Ему были подсудны дела по гражданским спорам, возникавшим между односельчанами, при иске не свыше 100 руб., а также дела по малым преступлениям. Брачные и наследственные дела разбирались по шариату, а мелкие уголовные и гражданские дела по адату.

Аграрная и административная реформы 60-х годов XIX в, были переломным этапом в истории Дагестана и, несмотря на их половинчатый характер, имели прогрессивное значение. Реформы подорвали основы патриархально-феодальных отношений (хотя остаток последних и продолжал сохраняться в пореформенный период), способствовали втягиванию местного населения в систему всероссийского рынка.36

Судебная и административная системы были неотъемлемой частью самодержавного аппарата угнетения и подавления. Но вместе с тем административно-судебная реформа имела и положительные последствия. Она уменьшала пестроту административного устройства. Единая система административного деления и управления, ограничив произвол местных феодалов, ликвидировав политическую раздробленность, положила начало внутреннему сближению и устранению экономической разобщенности народов Северного Кавказа.36




1 Козубский Е.М. Памятная книжка Дагестанской области. Т.-Х.-Ш., 1895. с. 140.

2 Рук. фонд. ИИАЭ. № 220.

3 Шихсаидов А.Р. ППВ. 1972. С. 108

4 Айтберов Т. Материалы по истории Дагестана.//Восточные источники по истории Дагестана. Махачкала. 1980. с. 82-88

5 Информаторы: Исраилов Магомед (1924), Саадуев Шарапудин (1932), Аюбов Х.-М., Магомедов Исламбег, Гаджиев Зиявудин и др.

6 Феодальные отношения в Дагестане. XIX - нач. XX . Архивные материалы. М.„ 2909. С. 262-265

7 Рук. фонд ИИЯЛ, ф. - I, оп. - I, д. - 426. л. 140.

8 Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20-60 г.г. XIX в. Махачкала, 1959. С. 18.

9 Гимбатов Ш.М. История селения Гоцатль. Махачкала. 1991. С.30.

10 Информаторы: Алыклыч- с. Кеди; Абдуразаков И. -с.Саситли.

11 ЦГВИА, ф. 400, д. 45, л. 512.

12 ССКГ. Тифлис, 1870. том VI, с. 3.

13 ЦГВИА, ф. 400, д. .45, л. 512.

14 Козубский Е.И. Памятная книжка Дагестанской обл. за 1895 г. Т. Х.-Ш. 1895, с. 15.

15 АКАК, том 12, с. 454-455.

16 АКАК, том. 9, Тифлис, 1861, с. 244-245.

17 Козубский Е.И. Указ, соч., с. 15.

18 АКАК, том 12. Тифлис, 1882. стр. 1401.

19 История Дагестана. Т. 2 М., 1968, с, 145.

20 История Дагестана. Т. 2. №. 1968, с. 145.

21 АКАК. Том. 12, с. 1238-1239.

22 История Дагестана. Т. 2. М., 1968, с. 145.

23 История Дагестана. Т. 2, М., 1968, с. 149.

24 Ибрагимова М, Имам Шамиль. М., 1991, с. 600.

25 Информаторы Курамагомед (1902 г.) из с. Сильди; Гасанов Пахру, Суракатов Нажмудин (с. Саситли).

26 РФ ИИАЭ. Ф.1. Оп. I. Д. 167, Л. 2-3.

27 Там же, л. 2-3.

28 РФ ИИАЭ. ф. I. оп. I. д. 167. л. 5.

29 РФ ИИАЭ. ф. I. оп. I. д. 167. л. 10.

30 ЦГА ДССР. ф. 126, оп. 3. д. 50. л. 1-6.

31 ЦГА РД. ф. 2, оп. 3. д. 143 б, л. 4-6.

32 АКАК, том 12. Тифлис, 1882. С. 1401.

33 ЦГА РД. ф. 171. оп. I. л. 12-18.

34 Козубский Е.И. Памятная книжка Дагестанской области. Т.-Х.-Ш. 1895, с, 189.

35 ЦГА РД. ф. 2. оп, 12, д. 31, л. 1-11.

36 История народов Северного Кавказа, конец ХVIII в. - 1917 г. М., 19:58.,с. 284.



Назад Далее


Метки персоналии, новостей и фоток!
Абдурахман, Литература, Сироти, Ювенал, Спорт, Сагада, Абдулхабиров, На аварском, Публикации, Связь, Видео, Согратль, Харайчо, Анди, Кокрек, Инхо, Абдлухабиров, Кавказ, Кочали, Хонох, Сажид, Атлетика, Медицина, Тленхори, Сагада, Гигих, Стройка, Культура, Персона, Защитники, Саситли, Ущелья, Ричаганих, Нижнее Хваршини, Цедатль, Стихия, Мечети Багвалал, Стройка, Я-Политика, Мечети Тиндалал, Водопады, Гакко, Лесные, Хварши, Хварши, Акнада, Мечети Чамалал, Ургелой (Аркискент), Цумада, Нижнее Гаквари, Ислам, Кенхи, НЕ_ИЗВЕСТНО, Гимерсо, Хуштада, Аулы левобережья, Фанклуб, Утварь, Саситли, Быть, Эчеда, Водоемы, История, Хуштада, Кеди, Ремесло, Саильди, Инхоквари, Тисси, Школы левобережья , Фауна, Персона, Сильди, Селения, Этнос, Ангида, Кенхи, Нижнее Гаквари, Села в Хасе, Ахират, Тлондода, Квантлада, Хваршини, Цумадинцы, Мосты, Чонтаул, Шава, Иллюстрации, Религия, Хутор, Тиндалал, Кутан, Спорт, Турнир Кади, СельХоз, Награждение, Ретро, Туризм, Новости, Тинди, Сантлада, Гигатли, Образование, Война, Пейзаж, Горы, РетроПерсона, Тилси, Школы правобережья, Стихия, Кутан Акнада, Флора, Цунтаккал, Транспорт, Кванада, Объекты, Атлетика, Верхнее Гаквари, Мечети в Ункратле, Кеди, Школа, Минарет, Тинди, Мероприятия, Джамаат, Аулы правобережья, Кванада, Мечети на равнине, Борьба, Акнада, Спортсмены, Тлондода, Школы на равнине, Природа, Цыхалах, Гакко, Аща, Реки, Чествование, Альпинизм, Инхоквари, Собрания, Чамалал, Цумада Урух, Верхнее Хваршин, Гигатли, Мельницы, Хонох, Фотки, Верхнее Гаквари, Хвайни, Судейство, Лес, Эчеда, Тисси, Гимерсо, Этнос, Гадири, Санух, Гьаквари ккал, Агвали, Медицина, Гадири, ПроНас, Хушет, Тисси-Ахитли, Метрада, Тенла, Агвали, Тазият, Махач, Газета, Санух, Гигатли Урух, г.Хасавюрт, Мечети в Эхедемухъ, Туризм, Гачитли, Природа, Турнир Абакарова К., Самбо, Хъулухъ, Новосаситли (Хас. р-н), Осетия, Ботлих, Гергебель, Теречное, Медресе, Ветеран спорта, Сагид, Поздравления, Конкурс, , Урари, Зашитники, Стих, Наука, ДТП, ,

© 1999—2013 Сайт культурно-исторического наследия цумадинцев
Техническое и финансовое обеспечение: Магомед ГАДЖИДИБИРОВ и др.         автор проекта — Гусен ХАЛИЛУЛЛАЕВ
e-mail: gusen_ha@mail.ru   тел. 8-963-79-74-007 skype: gusen76
Вариант для печати вернуться в начало сайта
Мнение редакции независимого информационного агентства ЦУМАДА.РУ может не совпадать с мнением авторов статей, которые несут ответственность за достоверность приводимых данных в своих публикациях. Опубликованные материалы могут содержать недостоверные данные. Все материалы данного сайта являются интеллектуальной собственностью их авторов, полная или частичная их перепечатка без разрешения редакции запрещена.